Автор: Ладейщикова Ольга,
мультимодальный психолог
Как ни странно, но с большинством клиентских запросов, даже если на первый взгляд они никак не связаны с обидой, мы всё равно рано или поздно придём к теме прощения.
Перекосов и крайностей здесь немало. Кто-то держится за своё «никогда не прощу», что часто говорит об ошибочном представлении, что простить — значит впустить человека в свою жизнь на тех же условиях и позволить ему и дальше творить деструктив; или о каких-либо вторичных выгодах от «непрощения»; или о невозможности согласиться с несправедливостью и подвергнуть сомнениям свои ценности и убеждения.
Другая крайность — всепрощение без каких-либо внутренних психических движений в этом направлении. Это бывает, когда человек не готов соприкоснуться со своим гневом, познакомиться с этой частью себя, которую когда-то запретил и вытеснил как нечто «тёмное» и недостойное. Иными словами — псевдопрощение, цена которому — подавленный гнев. Помимо этого, многим позиция «Бог им судья, а я никого не сужу» даёт чувство морального превосходства, что не всегда очевидно даже для самого всепрощающего.
Не обойду вниманием распространённую ловушку для «непрощающего» — идею, что «непрощение» наказывает обидчика. И ожидание, что человек должен расплатиться раскаянием, чтобы вымолить прощение. Иногда человек действительно сожалеет и переживает, но нередко бывает, что обидчику абсолютно всё равно. Это надо просто принять. И понять, что носить в себе боль обиды до тех пор, пока другой не раскаится — значит отдать управление своим психологическим состоянием другому человеку.
На самом деле прощение — внутренний акт. Он не зависит от внешних обстоятельств. Иначе не было бы случаев, когда человек, искренне раскаявшись, безуспешно вымаливает прощение у непреклонного «непрощающего». Человек прощает силами своей души — ради своей души. Простить — значит освободить сердце от тяжести, «разрубить узел», который привязывает человека к его травме, вдохнуть полной грудью.
Важно различать прощение и примерение. Можно перестать удерживать обиду, но при этом принять решение не возвращать человека в свою жизнь. И наоборот, желание восстановить отношения еще не означает, что прежняя боль действительно прожита. О том, как понять, стоит ли после прощения восстанавливать отношения, я подробнее рассказываю в статье Простить и впустить или Простить и отпустить?
«Непрощение» наказывает не обидчика, а «непрощающего». При психосоматическом поведенческом типе А постоянно бурлящий гнев может привести к сосудистым катастрофам. А у подавляющего эмоции типа С — к онкологии.
И всё же, сделаю очень важную ремарку!
Иногда с человеком происходят нечеловеческие вещи. И в этих случаях речь не идёт о прощении! Потому что простить — значило бы принять и согласиться с тем, что нечеловеческому есть место среди людей, что это приемлемо. А это разрушило бы самые глубинные ценности и убеждения, сломав при этом личность и надорвав душу. Поэтому в таких тяжёлых случаях работа идёт не с прощением, а с лишением травматического события эмоционального заряда. В результате качественной работы приходит принятие этого события как факта биографии, который теперь не имеет власти над человеком.
В остальных случаях прощение — лучшее, что можно сделать для своего психологического благополучия!
Итак, с преимуществами прощения всё довольно понятно. В следующих частях — о техниках прощения и о возможных сценариях дальнейшего выстраивания отношений:
От “хочу простить, но не могу” к действию: техника НЛП для работы с обидой.
Прощение: как пройти через боль и вернуть себе контроль.
Понимать – не всегда значит отпустить. Иногда человек уже знает, почему возникла обида, понимает свои реакции и даже хочет оставить ситуацию в прошлом – но эмоционально продолжает в ней жить. В индивидуальной работе с психологом можно исследовать, что именно удерживает переживание, и подобрать способ его переработки.